Хорошо, но мало
24 июня 2010
В субботу Народный Банк Китая заявил, что на рынке сложилась ситуация, снова подходящая для возвращения к прежней позиции по увеличению гибкости курса юаня против доллара. При этом регулятор предупредил, что установленные границы колебания юаня (0,5% в день) сохранятся неизменным. После заявления китайского Центробанка курс юаня увеличился на 0,36% по отношению к доллару США, что стало самым высоким показателем с лета 2008 года.
В последний раз Народный банк Китая отвязывал курс юаня от доллара США в 2005 г., после чего курс китайской валюты колебался относительно свободно в течение трех лет. Однако в июле 2008 г. Народный банк Китая жестко зафиксировал курс китайской валюты на уровне 6,83 юаня за доллар США, после чего валюты относительно друг друга колебались незначительно. Поддерживая низкий курс юаня, в последние годы Китай скупал на валютном рынке большое количество долларов США. Так у Китая образовались огромные валютные запасы. Заниженный курс китайской валюты обеспечивает низкую стоимость произведенных в Китае товаров и конкурентоспособность китайских экспортеров на мировых рынках.
С одной стороны, сообщение о продолжении реформирования собственной курсовой политики обрадовало экономистов, давно настаивающих на ревальвации юаня. С другой, они понимают, что к серьезным реформам китайский ЦБ пока не готов. Так как диапазон внутридневных колебаний курса доллара против юаня был расширен до 0,5%, можно предположить, что ежедневное изменение волатильности будет проходить в рамках 1%. Но эти незначительные колебания не могут существенно повлиять на ситуацию в целом. Правда, по прогнозам китайских экономистов курс юаня по отношению к доллару к концу года может подняться до 3%.
Опасения Китая по поводу изменения политики валютного курса понятны. Недооцененный юань дает конкурентное преимущество китайскому экспорту – драйверу экономического роста КНР. А повышение курса юаня приведет к снижению конкурентоспособности китайских товаров, идущих на экспорт. Ведь китайская экономика в обозримой перспективе пока еще не в состоянии обеспечивать темпы роста иными способами, кроме увеличения экспорта. Китай понимает, что в долгосрочном плане не обойтись без изменений валютной политики, но не знает, как безболезненно запустить процесс структурной перестройки экономики, и поэтому предпочитает следовать уже испытанной политике.
И, не надо забывать что, поддерживая стабильный курс юаня к доллару с середины 2008 года, Китай весьма успешно справился с последствиями мирового кредитного кризиса с помощью антикризисных мер, профинансированных банками. Поддержка юаня на нынешнем уровне является приоритетом, необходимым для выживания китайских компаний и поддержки роста рабочих мест в третьей по величине экономике мира. Поэтому представители Китая стараются всячески подчеркнуть, что возвращение к регулируемому плавающему курсу будет означать только постепенные изменения.
Однако, недооценивать шаг Пекина все же не стоит. Ведь подобного решения на Западе ждали не один год: Китай из-за искусственно заниженного курса юаня долгое время доминировал в мировой торговле, от чего страдали производители в Европе и США. А с некоторых пор речь шла не только об отраслях легкой промышленности, в которых КНР добилась лидерства, но и о высокотехнологичных производствах, на которые благодаря курсу на диверсификацию экономики в Китае делался особый упор. Если раньше на все уговоры мирового сообщества касательно того, что пора бы начать процедуру ревальвации юаня, Китай неизменно говорил «нет», то теперь, похоже, он готов идти на уступки. А это уже прогресс.
Давайте еще раз вернемся к вопросу, почему же Китай столь неохотно идет на укрепление собственной валюты, но все же делает в этом направлении первые робкие шаги?
Сегодня не для кого не секрет, что глобальный экономический подъём весьма неустойчив и хрупок. Многие аналитики говорят, что восстановление будет волнообразным, и прежде чем мир вернется к устойчивому росту, может произойти еще не один спад. Сейчас мир находит повод для оптимизма, глядя на высокие показатели роста экономики Китая. Однако уже сейчас понятно, что китайская экономика удерживает столь высокие темпы роста как за счет господдержки (Всемирный банк прогнозирует, что рост китайской экономики в 2010 году более чем на 80% будет обеспечиваться за счет помощи государства) так и из-за высоких темпов роста китайского экспорта.
Поднебесная уже второй квартал удерживает мировое лидерство по экспорту, который по сравнению с январем 2010 года вырос почти вдвое. Но, что касается более отдаленной перспективы, то тут Китай может столкнуться с настоящей головоломкой. Страны по мере развития уходят в сторону от дешевого экспорта. Почти 25% китайского экспорта составляют текстильные изделия и неблагородные металлы. Для сравнения: в японском экспорте доля таких товаров равна 10%, а в южнокорейском – 15%. Особая проблема Китая это огромная численность населения, на которую накладывается его бедность. Номинально размер ВВП на душу населения составляет всего $3300 (это в 15 раз меньше, чем в США); а в нищей сельской местности этот показатель, конечно же, намного ниже.
Китайское руководство понимает, что стране надо отвыкать от дешевого экспорта как от источника экономического роста, так как очевидно: то, что служило стимулом для мощного экономического роста до кризиса, сегодня уже не достаточно. И речь здесь должна идти не только о курсе валюты, а о долговременных структурных изменениях в китайской экономике. В настоящее время Китай попал в сложный экономический водоворот. В качестве противовеса сокращению экспорта Китаю надо будет радикально увеличить внутреннее потребление. Но так как доходы на душу населения очень низки, насколько китайские семьи смогут реально увеличить свои расходы? Потребность в наращивании внутреннего потребления также входит в противоречие с довольно высоким показателем нормы сбережений в Китае. Это продукт той культуры и того общества, в котором люди должны рассчитывать сами на себя и на свои семьи, поскольку система государственного социального обеспечения крайне слаба, а тех социальных услуг, которые существуют в более развитых странах, в Китае нет.
Понимая все это, Китай все же пытается изменить свою экономическую политику, при этом, сохраняя силы выдерживать давление как изнутри (низкое потребление, безработица в сельских районах, слабые социальные службы), так и снаружи (неустанные требования США и других стран о ревальвации валюты, угрозы усиления торгового протекционизма.) Китай стремительно наращивает импорт – за первый квартал этого года он поднялся почти на 65% – налицо плоды экономической политики Китая, ставящей целью отойти от роста за счет экспорта и сконцентрироваться на внутреннем спросе.
Сегодня мы по-прежнему находимся на том этапе экономического цикла, когда самый важный принцип — это «не навреди». И Китай следует именно этому курсу, пусть медленно, но в правильном направлении.
